Намедни со мной приключилась очень оживлённая и местами крайне острая дискуссия, в ходе которой обсуждались проблемы диагностики и лечения рака, легализация детской эвтаназии, а так же умерщвление датчанами своих жирафов.

Этим постом я бы хотел её продолжить для большей аудитории, высказав свою точку зрения.

1. Безнадёжно больные млекопитающие, вне зависимости от их принадлежности к роду человеческому, должны умерщвляться как можно быстрее. В случае с людьми – больной должен сам принять решение о времени и способе ухода из жизни. В случае с малыми людьми – родители ребёнка не должны цепляться и проявить милосердие в смерти. Нет никакого логически-верного обоснования причинения бесконечных мучений человеку в попытках продлить его существование. Если известные средства лечения уже были перепробованы и ничего не помогло – человека надо отпустить, а не ширять опиатами по расписанию. Родственники, возводящие себе пьедестал мучеников у кровати умирающего ребёнка, омерзительны. Государство, обрекающее людей на мучительнейшую смерть, запрещая смерть по желанию – просто бесчеловечно.

Государство, выдавая паспорт человеку, удостоверяет его в том что он способен нести ответственность за свои решения и волен распоряжаться всем что имеет, но, почему-то, кроме жизни. Я считаю, что каждому мудоёбу, который выступает против эвтаназии, нужно сначала дать почувствовать на собственной шкуре, что такое рак. Ну, там, бычки об него тушить каждые две минуты, или погрузить в воду и заставить долго-долго, годами, дышать через соломинку и периодически взрывать петарду в лёгком.

Если бы государственные деньги, которые тратятся на поддержание жизни считанных раковых больных, тратились на повальную раннюю диагностику рака (а их хватит, я почти уверен), то, возможно, один небезразличный мне человек сейчас бы не рвал себя на части рядом с мамой с раком в терминальной стадии.

Есть другой момент, о котором я недавно узнал – больные очень редкими заболеваниями. Настолько редкими, что на всю Россию их человек тридцать. Эти болезни смертельны и лекарства для этих людей просто баснословно дороги – буквально сотни тысяч долларов за упаковку. Но с ними люди могут жить более-менее нормально. И, когда между фарм-компаниями, которые занимаются разработкой таких лекарств, и государством ведутся переговоры о закупках на следующий период, то обычно диалог ведётся примерно следующим образом: “Ну, вы понимаете, вы запрашиваете -дцать миллионов долларов из нашего и без того бедного бюджета для поддержания жизни вот этим считанным людям. Мы не можем себе этого позволить, мы можем дать только ½-дцать.” – “Ну, хорошо, вот вам список больных, пожалуйста, отметьте здесь, кто из них в следующем периоде умрёт.” И деньги даются. Несмотря на то что налоговые выплаты этих людей никогда не окупят затрат на их лечение.

Вот тут и начинается настоящая битва логики, милосердия, человечности и практичности. За годовой бюджет не лечения, а поддержания жизни такого больного, можно построить хорошую районную больницу и выкрасить всю округу зелёнкой в четыре слоя. По идее, за счёт улучшения медицинского обслуживания, будут спасены пара-тройка десятков жизней, или, как минимум, продлены на несколько лет жизни людей, которые бы в другой ситуации только копили бы травмы в организме из-за недоступности медицинской помощи и рано скончались бы по этой причине.

Но эти люди далеко и прямо сейчас не умирают. А тут, вот оно, имя на листке. Это человек. Пока ещё живой. И, если поставить напротив его имени галочку, то он умрёт. Зато будет больница. Но он умрёт и это будет моё решение. Зато будет больница…

А ещё эти деньги реально двигают медицину. Космическая стоимость этих лекарств складывается, в том числе, из миллионов долларов, вкладываемых в исследования методов борьбы с этими и многими другими болезнями. Т.е. формально этими деньгами оплачивается прогресс.

Я бы, вероятно, подписал обнуление бюджета на лекарства для этих людей, в пользу строительства тридцати районных больниц. И жил бы с этим. С пикетами “Янковский – убийца” и кампанией “Он загубил этого ребёнка”. Но это я. А люди обычно не готовы брать на себя такую ответственность.

2. Жирафы. Тут всё просто – это собственность зоопарка и они вольны делать с ними всё что угодно. Единственный вопрос у меня вызывает публичность экзекуции, но никто же насильно людей не тащил на это смотреть? В общем, зоопарк правда пытался спасти жизнь животному, но не вышло. Поэтому защитники жирафов идут в жопу, ведь они либо вообще не пошевелились, чтобы, например, устроить жирафа в любой из национальных парков Африки, либо у них это тоже не получилось, тогда нечего ныть. Все сделали что могли.

“Они кормили жирафами львов!” – “Ну и что? Это жизнь. Нечего ценному продукту пропадать. Люди каждый день съедают сотни тысяч коров и свиней, и что?” – “Я не ем мяса, это бесчеловечно – выращивать животное на убой!” – “А кто тебе сказал, что помидор и салат не страдают, когда ты их режешь тонкими кружочками и рвёшь на части? Жри камни – они точно мёртвые и ничего не ощущают”.

Я об этом человеке не читал ничего хорошего. Видел лишь пару заметок о том, что он-де посеял в уме Бен Ладена зерно терроризма, активно способствовал развитию экстремистских группировок, а так же о том что он стоял за несколькими крайне кровавыми событиями в африке. Возможно, это правда, но он тогда был молод, ведь ему было всего пятьдесят. А от этого интервью у меня прямо по костным швам на черепе треск пошёл.

Continue reading

В “Эсквайре” потрясающая статья.

После прочтения я снова погрузился во мрак отчаяния по поводу состояния моей страны. Я не понимаю, почему страна, занимающая самую большую территорию в мире, обладающая самыми большими запасами полезных ископаемых и, прямо скажем, не самая нищая, несмотря на повальный упадок благосостояния населения, не в состоянии раскатать в стекло несколько тысяч пидорасов.

Если бы кто-то сдуру назначил меня главным, то одинм из первых моих указов было бы формирование специальной дивизии специального назначения, которая бы пополнялась исключительно малолетними тяжкими преступниками, а тренировалась бы самыми отъявленными головорезами из ветеранов войн, в которых принимала участие эта страна. Эти несколько тысяч человек были бы нелюдьми. Они бы ели тех, кого убили. Они бы своим видом внушали животный ужас увидевшим их и побуждали бы только одно желание — исчезнуть с лица Земли. Тысяча таких бойцов, отправленных в тот же Дагестан, сделали бы из этой республики заповедник нетронутой природы, методом умерщвления всего что посмело прикоснуться к любому предмету, который может быть истолкован как оружие.

На мой взгляд, человеческие существа, которые не приемлют жизни других человеческих существ иного склада ума, должны быть исключены из популяции принудительным образом.

Люди — животные. И лучше всего они понимают палку. Если за неправильные вещи нещадно пиздить палкой, то люди понимают, что это неправильные вещи, за которые пиздят палкой.

Объяснять что-либо людям бесполезно.

Переставать пиздить можно только тех людей, которые могут внятно сказать, какие вещи являются неправильными и почему за них надо жестоко пиздить палкой.

Сижу сейчас, перечитываю статьи Ходорковского о его видении того как необходимо развивать страну. Прелюбопытнейшнее чтение, надо сказать. Особенно, спустя годы. Если честно, становится очень-очень горько от того что не сбылось ещё то о чём он мечтал в своих статьях, от того что всё более реальным становится сталкивание оппозиционного движния в экстремизм, столь необходимый нынешней власти для легитимизаии собственного властвования. Я это самым явным образом ощущаю на самом себе. Если бы кто-нибудь смог залезть ко мне в голову, то поехал бы я следом за Квачковым в места с плохим отоплением и надолго.

Да не о том речь.

Мне пришла в голову мысль, что одним из этапов становления нормального режима управления страной и контроля над теми, кто попадает во власть, было бы обязательное заключение общественного контракта с каждым чиновником на ограниченное количество лет. Максимум два. По истечении срока контракта в обязательном порядке происходит суд, где определяется степень компетентности чиновника, степень его ответственности за свои слова перед избирателями, даётся качественная оценка его деятельности… В общем, столь знакомая всем сотрудникам больших компаний процедура квалификации работника по KPI или какой-то подобной шкале. Только в данном случае разбирать это будет суд присяжных, решением которого могут быть: “Этот человек был хорош, за слова отвечает, что обещал – сделал, ему можно доверить избираться далее”, “Этот человек был не слишком хорош, кое-чего из обещаного не сделал, но ему можно дать ещё один шанс”, а так же “Этот человек попытался украть денег, предал доверие людей, поэтому ему запрещается впредь занимать государственные должности, а факты по совершённым хищениям передаются в прокуратуру”.

Ну, вот что-то типа того.

Вот только как предотвратить подкуп прокуратуры на украденные деньги, или их часть, я пока не придумал..

Недавно я поймал себя на том что размышляю о возможной реакции сотрудников посольства, например, Чили, которым я передаю письмо в котором написано примерно так: “Господа, я здоровый, образованный, опытный компьютерщик. Я не хочу жить в стране, где власть презираема подавляющим большинством мыслящего населения, где на 50 километров дороги тратят в 5 раз больше денег чем NASA на экспедицию на Марс, где бесстыдство дошло до того что ворьё защищается от законов других стран сиротами-инвалидами, где медицина и образование самым безжалостным образом разрушаются некомпетентными министрами, где выборы стали просто цирком… ну вы же всё знаете и тоже смеётесь. Только наш смех — сквозь слёзы. Нет, меня не преследуют, я ни в чём этой мерзотой не обвинён, просто я не хочу тут больше жить. Дайте мне простую рабочую визу, пожалуйста. А дальше я как-нибудь сам.”

Разумеется, мне улыбнутся, заглянут в глаза, потом возьмут мягко под локоть и со словами “вы не переживайте, всё будет хорошо” выведут за оградку и скажут охраннику больше меня не пускать.

А бывает значительно хуже. Например, когда ты — молодой учёный-ракетчик, которого за свои убеждения и причастность к секретке решили сгноить в тюрьме. Ты очень постарался сделать всё правильно, но не получилось. И тогда ты выбрал смерть вместо 20 лет тюрьмы.

http://www.colta.ru/docs/11606

Continue reading

На Слоне Лев Шлосберг опубликовал потрясающую статью. В ней нет ничего особенного, никакие покровы не срываются, это просто компиляция всех тех мыслей, которые бродят в голове у любого разумного человека в последние пару лет.

Почитайте.

Continue reading

Совесть нации слишком терпима к себе

Именно сейчас происходит все то, что завтра сделает страну совсем пропащей

Александр Рубцов
Vedomosti.ru

12.11.2012

 

При всех иллюзиях стабильности происходящее уже настолько неправильно, что вновь поднимает тему ответственности поколения, а то и вины нации.

Моменты коллективного раскаяния — одни из самых драматичных и впечатляющих в истории. Общность вдруг начинает вести себя как моральный субъект; масса неожиданно проявляет личностные качества — совесть, память, ответственность, способность на поступок.

Continue reading

Когда я умру, или когда я перееду в компьютер, то я потрачу очень много времени на облёт планеты, чтобы затем, в своём бесконечном путешествии, помнить о том где я жил, когда был разумной белковой массой.

Смотреть панораму здесь.